История российского подводного флота часто ассоциируется лишь с советским периодом. При этом забывается, что российские подводники участвовали и в Первой мировой. И именно тогда был открыт счет успехам отечественного подплава. Первую победу российские подлодки одержали 23 апреля 1915 года. Это произошло на Черном море, когда они действовали против турецкого судоходства, напоминает Владимир Нагирняк в журнале «Профиль».

Российские «ластоногие»

История российского подплава началась в 1904 году, когда в состав Балтийского флота вошла субмарина «Дельфин», построенная по проекту комиссии, возглавляемой инженером-кораблестроителем И.Г. Бубновым. Правда, в то время подлодки в России еще именовались миноносцами, став отдельным классом кораблей лишь 19 марта 1906-го после повеления императора Николая II включить в классификацию корабельного состава флота подводные лодки.

На тот момент императорский флот уже имел в составе два десятка малых субмарин, построенных по зарубежным и отечественным проектам. Они были недостаточно мореходными и были пригодны лишь для операций в прибрежных районах. Русско-японская война показала: стране нужны подлодки, способные действовать в открытом море или у отдаленных вражеских берегов. Поэтому Морское министерство желало приобрести или создать субмарины большого размера, с достаточной дальностью плавания для крейсерства.

В 1905-м Бубнов разработал проекты подлодок водоизмещением 117 и 400 тонн, получивших впоследствии названия «Минога» и «Акула». Они считались «опытными», и их создание должно было послужить толчком к развитию отечественного подводного кораблестроения.

Победы российских подводников: кто был первым?

Постройка «Акулы» и ее конструктор — корабельный инженер И.Г. Бубнов. 1906−1909 годы. Иллюстрация: Wikimedia commons

Спустя четыре года Бубнов продолжил развивать идеи, реализованные им в «Миноге» и «Акуле». Его новой разработкой стал проект 600-тонной дизельной лодки длиной 67 метров. Согласно заявленным характеристикам, она должна была развивать скорость 16 узлов в надводном и 12 узлов в подводном положении. Дальность плавания составляла 1600 миль, рабочая глубина погружения — 45 метров, а вооружение состояло из четырех торпедных аппаратов внутри корпуса и восьми палубных. Управлять такой субмариной должен был экипаж из 47 человек.

Проект получил одобрение Морского министерства, но средства на строительство трех таких лодок нашлись лишь в 1911-м, когда начала реализовываться программа усиления Черноморского флота (ЧФ). Они собирались в Николаеве, получив названия «Морж», «Тюлень» и «Нерпа». Но их постройка была осложнена срывом поставки лодочных дизелей немецкой фирмой Круппа. В результате лодки были спущены на воду в 1913-м без двигательной установки.

Немцы двигатели так и не поставили, поэтому в июле 1914-го, когда война уже началась, морской министр адмирал Григорович приказал снять дизели с амурских канонерок и отправить их в Николаев для монтажа на подлодки типа «Морж». Это решение позволило завершить строительство, но лишило «моржей» проектной скорости, так как на новых дизелях они могли дать не более 11 узлов. Из-за неурядиц с двигателями «Морж», «Тюлень» и «Нерпа» вошли в строй лишь в январе-апреле 1915 года.

Победы российских подводников: кто был первым?

Русская подводная лодка «Морж». Севастополь, 1916 год. Иллюстрация: Wikimedia Commons

В начале славных дел

Война с Японией не обогатила подводников России значительным опытом. Но после ее окончания российская концепция применения подлодок начала меняться. В 1909 году Морской генеральный штаб разработал план на случай войны на Черном море с западной коалицией, включавшей Турцию. Он предусматривал действия подлодок не только перед Босфором, но и в глубине пролива, и даже в Мраморном море. По мнению историка Дениса Козлова, это обстоятельство заставляет усомниться в укоренившейся точке зрения, что перед Первой мировой подлодки рассматривались только как средство позиционной обороны и ближней разведки. У них появилась новая задача — нарушение морских коммуникаций противника.

К 1914 году торговый флот Турции состоял из 137 преимущественно малотоннажных пароходов и тысячи парусных судов различного размера. Главными черноморскими коммуникациями для Турции были линии Босфор-Констанца и Босфор — Угольный район. Последняя имела особо важное экономическое значение, так как соединяла Константинополь с Зунгулдаком и другими портами, из которых морем к Босфору доставлялась основная часть добываемого в стране угля. Прерывание обеих линий стало бы для турок серьезной проблемой.

Несмотря на новую концепцию, в начале Первой мировой подводные силы ЧФ не были готовы к блокаде черноморского побережья Турции. Они состояли из четырех устаревших подлодок, годных только для защиты собственных портов из-за малой дальности плавания. Переброска на Черное море по железной дороге еще двух устаревших субмарин положение дел не изменила. Поэтому в начале 1915-го командование ЧФ с нетерпением ждало вступления в строй трех лодок типа «Морж», возлагая на них большие надежды.

Первые победы черноморцев

Боевая деятельность «моржей» началась весной 1915 года, когда ЧФ впервые привлек к решению задачи нарушения турецких коммуникаций свои подлодки. В течение трех месяцев «Нерпа» под командованием старшего лейтенанта Соловьева и «Тюлень» старшего лейтенанта Бачманова совершили по пять боевых походов продолжительностью 4−10 суток, уничтожив восемь вражеских парусников.

Первой победу одержала «Нерпа». Вечером 21 апреля Соловьев и Бачманов вышли в море для действий в районе между Босфором и островом Кефкен. Сутки они держались рядом, но потом «Тюлень» пропал из виду и «Нерпе» пришлось радировать ему свое положение. Утром 23 апреля Соловьев прибыл в район Босфора. Турецкий берег был скрыт туманом, что вынудило командира «Нерпы» взять курс на Кефкен.

Победы российских подводников: кто был первым?

Подводная лодка «Тюлень» в Севастополе, 1915 год. Иллюстрация: Wikimedia commons

В 16:00, находясь в четырех милях от острова, «Нерпа» заметила большой двухмачтовый парусник и начала его преследовать. Спустя час лодка подошла к нему и обстреляла из пулемета. После этого Соловьев приказал туркам спустить шлюпку и грести к «Нерпе». Весь экипаж парусника (восемь человек) подводники взяли в плен. Затем на той же шлюпке к шхуне отправилась абордажная партия, возглавляемая лейтенантом Терлецким и мичманом Иваненко. Осмотрев судно и спустив на нем турецкий флаг, подводники подожгли парусник.

Такой способ уничтожения вражеского судна не был чем-то необычным — в своих первых походах подлодки типа «Морж» таранили турецкие парусники, сжигали и даже переворачивали их. В последнем случае подводники привязывали канат к верхушке мачты шхуны, после чего лодка давала полный ход, и судно опрокидывалось килем вверх. Конечно, для уничтожения таких целей лучше подошли бы палубные орудия, но весной 1915-го у «моржей» их еще не было.

Не тратя торпеды на всякую мелочь, подводники ЧФ берегли их для достойных целей. Автором первой успешной торпедной атаки стала лодка «Морж» под командованием старшего лейтенанта Погорецкого, вошедшая в строй флота позже своих «сестер». 13 июня 1915-го она вышла из Севастополя для действия на позиции между Босфором и Зунгулдаком и уже на следующий день уничтожила турецкую шхуну. Погорецкий высадил на нее абордажную партию, которая сожгла парусник после осмотра.

Продолжая крейсерство у турецкого побережья, в ночь на 16 июня «Морж» обнаружил неизвестное судно. Но торпедировать его не получилось, так как пароход быстро скрылся в темноте. Тогда Погорецкий направился к острову Кефкен, где днем 17 июня у устья реки Сакарья заметил еще один пароход. В 14:40 подлодка погрузилась для атаки, после чего последовательно выпустила две торпеды из кормовых аппаратов. Они прошли мимо цели, так как судно резко отвернуло и пошло прямо к берегу. Видимо, турки заметили торпедные следы.

Всплыв на поверхность, «Морж» дал самый полный ход и направился к пароходу, ведя огонь из 37-мм пушки. Не обращая внимания на выстрелы, «турок» шел к берегу. Достигнув его, часть турецкой команды спустила шлюпки и покинула судно. Подойдя к пароходу, Погорецкий выпустил третью торпеду, которая, однако, ушла вправо и взорвалась, врезавшись в берег. Тем временем оставшиеся на судне турки открыли по «Моржу» ружейный огонь, но, к счастью для подводников, никто ранен не был.

Желая уничтожить цель, Погорецкий развернул лодку к ней носом и выпустил четвертую торпеду. На этот раз выстрел был удачен — взрывом пароходу оторвало нос. В 16:30 «Морж» отошел от берега, чтобы ночью зарядить аккумуляторную батарею. На следующее утро Погорецкий вернулся к месту атаки и с удовлетворением отметил, что торпедированный пароход сел глубже и накренился. После этого лодка продолжила действовать в том же районе, уничтожив еще одну цель — парусник с углем.

Кто был первым?

Увы, первая победа подводников-черноморцев оказалась безымянной, так как история не оставила нам названия шхуны, уничтоженной «Нерпой» 23 апреля 1915-го. Но в случае с первым успешным применением торпедного вооружения не все так печально. Оказалось, что 17 июня «Морж» торпедировал турецкий пароход «Эдирне» грузовместимостью 646 тонн.

Стоит отметить, что подводники ЧФ открыли боевой счет раньше коллег на Балтике. В 1914 и 1915 годах подводники Балтийского флота много раз атаковали вражеские корабли, но ни один из них так и не был потоплен. Первых успехов балтийцы добились лишь в осенью 1915-го, когда подлодки «Аллигатор» и «Дракон» захватили немецкие пароходы «Герда Вит» и «Шталек».

Дальнейшая судьба подлодки и ее командира, открывших счет победам российских подводников, сложилась следующим образом. «Нерпа» воевала до 1917-го, после чего была поставлена на ремонт в Николаеве. В 1922-м она вошла в состав советского флота под названием «Политработник». В 1929-м активная служба лодки завершилась. Она была передана Черноморскому ЭПРОНу в качестве тренировочного объекта. После «Нерпы» Борис Соловьев командовал дивизионами подлодок ЧФ, а затем участвовал в Гражданской войне на стороне белых. С 1920-го находился в эмиграции в Турции, затем переехал в Париж, где скончался в 1957 году.

от admin

Добавить комментарий